|
 – Для меня ожидание «КРОКА» – это как в детстве, когда я намазывал лыжи и ждал снега. Такое ощущение ожидания – счастье.
Эти слова принадлежат Народному артисту России, лауреату Государственной премии СССР, гениальному режиссеру-аниматору Юрию Борисовичу Норштейну.
«КРОК» – это Международный фестиваль анимационных фильмов. Прекрасное название для фестиваля, в программу которого входят ленты, которые создаются иногда годами, шаг за шагом, крок за кроком. Неважно, рисованный ли это фильм, кукольный, пластилиновый, или даже современный компьютерный.
«КРОК» – фестиваль уникальный. Он был создан осенью 1991 года в переломный момент распада СССР. Но искусство не имеет границ. Вскоре «КРОК» стал фестивалем, проводимым на паритетных началах Украиной и Россией при поддержке министерств культуры обоих государств. У этого международного форума один генеральный директор – его создатель Ирина КАПЛИЧНАЯ (Украина) и два президента: Давид ЧЕРКАССКИЙ (Украина) и Эдуард НАЗАРОВ (Россия).
Вначале фестиваль проводился раз в два года, но с 1997 года стал ежегодным. «КРОК» традиционно проходит на плывущем корабле. Один год – в России. На следующий – в Украине. В этом году восемнадцатый «КРОК» отплыл на теплоходе «Принцесса Днепра» по маршруту Киев-Запорожье-Херсон-Севастополь-Одесса. Закрытие фестиваля прошло в Крыму. Там раздавались дипломы и призы, там раздавался звон колоколов, оповещающий о закрытии фестиваля. Это еще одна традиция «КРОКА». Ведь на нем победители получают не статуэтки, не медали, а настоящие корабельные колокола.
На следующий день к вечеру судно пришло в Одессу. И в кинотеатре «U-cinema» состоялась большая пресс-конференция, в которой приняли участие члены жюри и мэтры анимации. Еще три дня, пока в «U-cinema» шли фильмы-призеры и картины из программы фестиваля «ЖЕСТЬ», на корабле продолжалась обычная фестивальная работа – проводились мастер-классы, отсматривались ретроспективы и специальные программы.
В этом году жюри пришлось нелегко. Чтобы вынести вердикт, ему пришлось посмотреть 130 фильмов, которые отобрала селекционная комиссия из 700 заявок. Заявки пришли из 50 стран, что подтверждает престиж фестиваля. Даже то, что после селекции в конкурсной программе осталось 35 стран, – цифра достаточно внушительная.
Украина и Россия в сравнении с Англией, Францией и Германией выглядели скромно. Отечественные аниматоры представили три фильма и четыре эпизода из сериала «Моя страна Украина», российские – девять картин.
Из «наших» наградой был отмечен только Александр Шмыгун, ученик мэтра украинской анимации Евгения Сивоконя. За фильм «О, Париж» он получил диплом оргкомитета с формулировкой «За органическое сочетание оригинальной техники и тонкого лиризма». Несколько лучше обстояли дела у россиян. Два диплома жюри в категориях и два приза. Специальный приз «За непотопляемое чувство юмора» получил фильм известного режиссера-аниматора Ивана Максимова «Приливы туда-сюда», а особый приз имени Татарского «Пластилиновая Ворона» плюс семь тысяч долларов получила россиянка Инга Коржнева за фильм «После».
Гран-при фестиваля и десять тысяч долларов были присуждены знаменитому эстонскому режиссеру Пийту Пярну за фильм «Ныряльщики под дождем». Это решение жюри вызвало немало споров, но об этом позже.
Лет шесть назад Евгений Сивоконь в одном интервью сказал: «За 5 лет в Украине создано всего 5-6 фильмов. Но международных наград столько же, сколько в России, выпустившей за это время более 50-ти лент. Это – около сорока наград на разных фестивалях. Так что наша анимация не пасет задних».
Но уже на прошлом «КРОКЕ» его оптимизм поубавился: «Укранимафильм» с 2005 года вроде бы стал хорошо субсидироваться государством, мы, аниматоры, воодушевились. Потом возникли бюрократические препоны. На каждую авторскую идею требовали оформить заявку, как на изобретение. Кончилось тем, что год назад студия закрылась», – сказал он.
По поводу авторских заявок мне доходчиво объяснила украинский режиссер-аниматор Елена Касавина: «Анимация метафорична. Вот мы смотрели очаровательный фильм про монашку. Но если бы я пришла к чиновнику и попыталась рассказать сюжет этого фильма, он счел бы меня сумасшедшей».
В Одессе на пресс-конференции Давид Черкасский сетовал: «Нашей мультипликации, по сути, нет вообще… Я хотел расширить рамки анимации, объединить актеров и мультипликацию. У меня уже был готовый материал. Я снял хороших актеров, осталась только анимация. Но 91 год все разрушил, так что мой проект висит в воздухе. В Киеве сейчас очень сложно. Стоит не только анимация, но и студия Довженко, и кинохроника, и научпоп. Все стоит, потому что денег в кино никто не вкладывает, а анимация – это финансово затратное дело. В Украине, так же, как и в России, анимация создается в небольших частных компаниях и мастерских. Свои фильмы аниматоры делают, что называется у себя на коленках».
О том же на пресс-конференции говорил Евгений Сивоконь: «Анимация стоит дорого, возврат денег небольшой. А телевидение вообще ничего не желает вкладывать, хочет получать готовый продукт. В то время как во Франции есть программы поддержки анимации, много школ, уровень образования аниматоров очень высок».
Год назад на «КРОКЕ» ситуацию с телевидением и прокатом анимации объяснял Президент фестиваля от России Эдуард Назаров: «Мультипликация по природе своей склона к короткому метру. Она сокращает, сплющивает события, концентрирует, в том числе изображение и музыку. Но короткий метр не нужен прокатчикам и продюсерам, не нужен государству».
Тогда же во время «круглого стола» Назаров констатировал: «Наши высшие курсы почили в Бозе еще в 2000 году. Все переехало на платное образование. Бедным и талантливым оно оказалось не по карману. Курсы закрыли. Но лет 20 мы успешно с Юрием Борисовичем поработали…»
Юрий Борисович Норштейн добавил: «У нас был замечательный набор: Александр Петров, Иван Максимов, Миша Тумеля, Михаил Алдашин…. Саша Петров даже ОСКАРА получил (фильм «Старик и море» – Е.К.). Сейчас ситуация такова, что страна не дает возможности получать образование. Страной руководят невежды, которые не понимают, что без культуры общество будет дичать».
За последний год практически, ничего не изменилось. Более того, по словам Юрия Норштейна: «Надо заново создавать территорию, которая называется «творчество». Даже весомые денежные дотации, которые сейчас выделяет правительство России, проблемы не решат – ушла школа, скоро преподавать будет некому, мы 15 лет стучались со все двери… Придется, как во времена Петра, выписывать специалистов из-за границы».
Когда в беседе с известным российским кинокритиком (членом оргкомитета фестиваля) Ларисой Малюковой я сказала, что фильмы этого года показались мне менее яркими по сравнению с прошлогодними, Малюкова возразила: «Это естественно. Прошлогодний фестиваль был студенческий, а молодежь более свободная, более раскованная. Кроме того, на молодежном фестивале очень жесткий отбор. Туда отбирают из самых лучших анимационных школ мира, из самых продвинутых Европейских школ. Причем школы выделяют гранты на первые картины самым талантливым. Это очень продуманная система».
Многие фильмы этого года мне были, на мой взгляд, претенциозно многозначительными. По этому поводу Давид Черкасский сказал: «Здесь, по-моему, идет соревнование, кто кого меньше поймет. Каждый режиссер поставил перед собой цель – сделаю так, чтобы никто меня не понял. Ну, и не понимают. И я не понимаю… Я отношу это за счет моего возраста. А Гран-при получила, на мой взгляд, средняя картина».
Юрий Норштейн был более категоричен: «Я без интереса и внимания смотрел Прийта Пярну, я видел намного лучшие его фильмы. Эта его работа – повторение пройденного, причем, не в лучшей форме. Жюри вынесло решение дать Гран-при, значит все. Но мне кажется, что это даже стратегически – неверное решение».
Мне фильм Пярна тоже показался каким-то надуманным и невнятным. Хотя с точки зрения Малюковой: «Это философская картина о современной жизни. Она может нравиться, или не нравиться, но это произведение современного искусства. Может там что-то и требует расшифровки, но, тем не менее, интересно, и, главное, что Пярн сохранил современное видение мира».
Словом, мнения разделились. Как пошутила генеральный директор «КРОКА» Ирина Капличная: «Назначить бы на какой-нибудь фестиваль три жюри. Интересно, совпали бы их решения. Ведь чаще всего приз зрительских симпатий получает не тот, кого выбрало большое жюри».
На XVIII Международном фестивале анимационных фильмов «КРОК» приз зрительских симпатий получил фильм «Злой человек» норвежки Аниты Келли. Жюри же наградило его лишь дипломом.
Кроме конкурсной, на «КРОКЕ» демонстрировались программа из 18 фильмов, достойных того, чтобы быть показанными на фестивале, и 13 фильмов, выделенных в программу «ЖЕСТЬ».
Что ж такое «ЖЕСТЬ»?
Как сказал Давид Черкасский: «Тенденции общемировые – трагические, огромное количество жутковатых фильмов, кровь течет…».
И, действительно, в анимации сегодня появилась и чернуха, и жесткое, и эротическое кино. Немало таких фильмов оказалось в числе заявленных. Среди них были и достаточно профессиональные. Их селекционная комиссия выделила в отдельную программу «Жесть».
Председателя селекционной комиссии Михаил Алдашин так объяснил это решение:
«Важно, чтобы в фильмах шел разговор о вещах, которые интересуют всех людей. О любви, жизни, смерти, счастье, несчастье… Чтобы люди при этом испытывали чувства, которые их смогут возвысить. Даже через потрясение». Автор:
|
